Яна Тоом на Радио 4 – о позиции ЕС по Ирану и о «зеленой сделке»

Share

Позиции по Ирану у ЕС нет, а по «зеленой сделке» у Эстонии одна задача — вырвать как можно больше денег, сказала депутат Европарламента Яна Тоом в передаче «Европа сегодня», вышедшей в эфир Радио 4 из студии Европарламента в Страсбурге.

В передаче нашли отражение некоторые из тем январской сессии  Европейского парламента.

Сначала гости студии обсудили ситуацию вокруг Ирана, в том числе то, что в связи с нею все чаще стали упоминать Россию. «Мне кажется, у нас нет позиции по этому вопросу, — считает Тоом. — Это причина, по которой мы всем проигрываем. Почему мы вспоминаем Россию? Потому, что мы очень хорошо умеем это делать. Это такая зона комфорта – о чем бы мы ни говорили, все равно вспоминаем Россию. У нас завтра голосуется ежегодный рапорт о правах человека в мире. Я просто любопытства ради посчитала: Россия упомянута только в вводной части 17 раз. Причем, если остальные упомянуты через запятую, то Россия подробно, расписано все. Не знаю, меняет ли это ситуацию в Российской Федерации, я не эксперт. Что касается нашего положения на Ближнем Востоке, то повторю — иранская сделка была нашей главной внешнеполитической победой, пришел наш любимый союзник Трамп, засунул палку в этот муравейник, мы проиграли по всем фронтам.

Прекращение огня в Ливии – это заслуга не ЕС, а Эрдогана и Путина… Мы пытаемся дружить со всеми вроде бы, и в результате у нас нет никакого веса. Сейчас мы пытаемся убедить Иран, чтобы он придерживался своей части ядерной сделки, но мы не пытаемся или не можем убеждать Соединенные Штаты, чтобы в свою очередь и они тоже придерживались своей части сделки. В этом смысле мы заложники той ситуации, что ЕС сам по себе не обороноспособен, и поэтому Трамп просто крутит нами, как хочет».

Ведущий: я так понимаю, что Евросоюз стоит перед выбором – мы вводим экономические санкции в отношении Ирана, тем самым ставя под удар немецкие, французские компании, у которых свой бизнес-интерес, или нет?

Яна Тоом: «Ну, я не знаю, чем все закончится, я не Кассандра, я только учусь, но если не будет федеральной Европы, мы эту проблему не решим. Чем мы занимаемся? Мы ищем консенсус. При этом видим, что у нас есть проамериканские члены ЕС – в первую очередь страны Балтии, Польша. И есть страны, которые относятся к этому намного более скептически, причем они, как правило, имеют свою оборонную промышленность.

Когда мы говорим о финансировании НАТО, мы говорим о финансировании военно-промышленного комплекса США. То есть, когда мы покупаем, условно говоря, танки, ружья, истребители, вопрос же в том, у кого мы будем их покупать — у Трампа или Макрона, условно говоря. Мы же всегда крутимся вокруг денег. А это вопрос, по которому мы сегодня, при сегодняшней системе принятия решений, консенсуса не достигнем. Тут я оптимист и возлагаю надежды на конференцию о будущем Европы, которая, может быть, к чему-то придет».

Зашла речь и об убийстве Сулеймани. «Все согласны, что это нарушение международного права, — отметила Яна Тоом. — Международное право – это не какая-то бумажка, где все подписались, а то, что регулируется содружеством цивилизованных государств, которым полагалось бы нарушение этого международного права осуждать. Но мы этого не делаем, потому что нам это невыгодно. Поэтому мы говорим: он был нехорошим человеком, у него руки в крови. У нас у половины союзников руки в крови, однако мы в них не стреляем. Надо говорить о вещах честно».

На нынешней пленарной сессии идет обсуждение и так называемой «зеленой сделки». Ведущий: план президента Еврокомиссии – чтобы к 2050 году Европа стала первым климатически нейтральным континентом. Накануне Еврокомиссия представила свое видение финансирования этой программы — 100 млрд евро планируется выделить в течение ближайших 10 лет, будет создан Фонд справедливого перехода, правда, с небольшими средствами (7,5 млрд), благодаря этому фонду планируется привлечь дополнительные инвестиции в размере от 30 до 50 млрд. Есть и несколько европейских программ, в рамках которых будут выделяться средства. Насколько это все убедительно и насколько это поможет, например, Ида-Вирумаа?

Яна Тоом: «Здесь на самом деле штука комплексная. Пока бумагу не читала, ничего сказать не могу. Но эта инициатива создания фонда пойдет по двум комитетам: по Комитету по занятости и социальным вопросам, в котором я состою, и по Комитету по делам регионов.  После евровыборов, если вы помните, я носилась с идеей, чтобы мы, шесть эстонских евродепутатов, сели и разделили комитеты, чтобы друг друга не дублировать. Нам это удалось сделать только в нашей фракции Renew Europe. Я послала письмо, мы с Андрусом (Ансипом. – Бюро) и с Урмасом (Паэтом. – Бюро) договорились. Марина Кальюранд ответила, что у нас разные политические взгляды, мы с вами не будем этого делать. Результат – у нас три депутата в Комитете по иностранным делам, и нет никого, кто реально мог бы сейчас за этот файл взяться. У меня шансы получить этот рапорт в  Комитете по занятости и социальным вопросам, естественно, очень малы. И как мы на это сможем влиять, я не понимаю. Судя по всему, у эстонцев не будет никакой возможности что-то в этом тексте изменить.

То, что комиссия предложила, здорово, но во что это превратится в парламенте, это совершенно отдельная история. И тут нам нужны сильные рычаги влияния, а у нас их, к сожалению, мало. Мы будем стараться, но могли бы сделать это лучше, если бы сразу после выборов перестали кидаться помидорами и договорились, имея в виду перспективы. Ведь все знали, что всё будет двигаться в эту сторону.

Задача эстонцев — просто вырвать как можно больше денег. Конкуренция будет очень жесткой, денег всегда мало, мы — маленькие, то есть нам надо очень сильно постараться. Плюс еще, конечно, пограничное налогообложение. Мы должны облагать налогом энергию, которая производится, скажем, в России. Сланец-то у нас один. Они добывают, никаких квот на СО2 не покупают, потом продают в Финляндию, а мы за финские деньги пускаем энергию к себе в сети. Этого не должно быть. И это головная боль и правительства, потому что, помимо рабочих мест, надо дать региону какую-то новую идентичность. Регион – достаточно патриархальный, кормильцы там по большей части мужчины. Это огромная внутриполитическая работа, и надо понимать, что завтра ничего не изменится. Лет 10 у этой отрасли еще есть».

Своим мнением в передаче поделились также евродепутат от Эстонии Урмас Паэт и евродепутат от Литвы Раса Юкнявичене.

Share