Мир глазами Politico: Европа осенью

Share

Брюссельская газета Politico вернулась из летнего отпуска, чтобы с головой нырнуть в желтеющую листву политики – от маячащей на горизонте ирландской катастрофы Брексита до королевской битвы между шпитцен- и прочими кандидатами на европейский трон.

Внутри «брюссельского пузыря» жизнь бьет ключом. Одно из главных событий сентября – ежегодное обращение главы Европейской комиссии Жана-Клода Юнкера.  Особо ждать от Юнкера нечего, рассуждает Райан Хит в статье «Положение дел в Союзе: притворяйся, пока не получится»: ЕС, конечно, союз, но недостроенный, он вот-вот потеряет 65 миллионов жителей из 510 миллионов, а сам Юнкер – президент на четверть, вынужденный делить титул и власть с президентами Европейского совета, Европейского парламента и Европейского центробанка, его власть довольно номинальна, «он не может обложить кого-то налогом или скинуть на кого-то бомбу».

«Эта речь – речь президента США без глобального видения ситуации; речь королевы без королевы», – ставит диагноз Райан Хит. И все-таки Юнкер способен удивить – смог же он договориться с Трампом, когда отступили и Меркель. Он может предложить реформу ЕС: чтобы министры Европейского совета принимали решения по множеству вопросов не на основании консенсуса, а большинством голосов. Он может произнести нечто, что останется в веках, – о провале ЕС или о том, что надо все-таки дружить с популистами. Еще как-нибудь взбрыкнуть напоследок…

Брексит как членовредительство

В общем и целом Politico предрекает политическим кругам ЕС тяжелую осень. Брексит никуда не делся, причем все ближе препятствие, которое обойти невозможно – граница между Республикой Ирландией и Северной Ирландией, входящей в состав Соединенного Королевства. Подробности см. в статье Чарли Купера «В выпускном экзамене по Брекситу имеет значение только Ирландия», но суть проста: таможенная граница между Ирландиями невозможна – Республика Ирландия сильно связана с Северной (и с Великобританией); но и отсутствие границы невозможно, тогда Соединенное Королевство будто и не выйдет из единого рынка ЕС. И как с этим справятся наши герои?..

Однако, полагает Дэвид М. Хершенхорн, автор материала об осени Европы, Брексит – не главная беда ЕС в тоскливое время года. Хуже то, что «усиливаются вечные трения между коллективными интересами Союза и интересами его членов: как сказал нам один дипломат, мы все чаще слышим лозунги вроде «Польша превыше всего», «Венгрия превыше всего», «Италия превыше всего»…». Разрывает ЕС на части не столько Брексит, сколько проблема миграции. Недаром председательствующая Австрия вынесла миграцию на повестку дня предстояшего неформального саммита лидеров ЕС в Зальцбурге.

Но и Брексит, если он кончится катастрофой – отсутствием формального соглашения, – ударит по бюджету ЕС так, что мало не покажется. Хотя анонимный дипломат в это не верит: «Ситуация будет как с тем мужем, который отрезал себе яички, чтобы отомстить жене, – несколько чрезмерная реакция, учитывая знаменитый британский прагматизм».

Наконец, есть проблема европейского бюджета на следующее семилетие: принимать его до евровыборов в мае 2019 года или после? Куда ни кинь – всюду клин.

Борьба за европейское наследство

В таких обстоятельствах разворачивается закулисная – и немного передкулисная – борьба за европейское наследство в виде поста главы Европейской комиссии. Кто придет на смену Юнкеру? Большинству жителей Европы все равно, но бойцы уже точат мечи и полируют щиты.

Первым на арену выходит Манфред Вебер, баварский политик, лидер правоцентристской Европейской народной партии (ЕНП); именно он станет «шпитценкандидатом» – кандидатом-фаворитом – этой фракции Европарламента. Система с шпитценкандидатом, впервые опробованная в 2014 году, проста: главу Европейской комиссии назначает победившая на выборах фракция. С большой вероятностью это будет ЕНП, но – сюрприз! – французы, в отличие от немцев, отказываются участвовать в этом «отклонении от демократии». Кроме того, хоть ЕНП и займет, если верить опросам, верхнюю ступеньку пьедестала, популярность традиционных правых партий падает. Не исключено, что в Европарламенте образуется коалиция –  и шпитценкандидатством тоже придется как-то делиться.

Тут возникает вопрос, чего вообще хочет Германия. С Францией ясно: Макрон желает принять бой с евроскептиками и водрузить голову врагов на пики. А Меркель? Хочет ли она, чтобы место Юнкера занял немец – и позиции ее страны закономерно усилились? «За последний месяц канцлер Германии консультировалась со всеми, от Макрона до Юнкера и хорватского лидера Андрея Пленковича. Ее выводы? О них не знает никто – и, возможно, она сама тоже», – пишет автор Politico Мэтью Карничниг. Усиление Германии и так вызывает в ЕС волны протеста; может быть, не стоит выпускать на арену сильнейших бойцов – как бы не поднять антигерманское восстание…

Сравнение с гладиаторами вполне уместно: один немецкий евродепутат сказал Politico, что ожидает «королевскую битву» между евроверующими и евроскептиками. Помните фильм с Такеши Китано о подростках, которые убивают друг дружку на необитаемом острове? Вот так и тут. И всё это – на фоне священной борьбы с Брюсселем Венгрии и Италии. И на фоне растущего недовольства в самой Германии, которому посвящена статья «Плохие немцы» – о сепаратистах из Саксонии, желающих отделить свой ланд от Федеральной Республики. И на фоне Дональда Трампа, вокруг которого разгорается очередной скандал, традиционно освещаемый газетой (якобы министр обороны Мэттис назвал Трампа «пятиклашкой»); плохое настроение Трампа, как известно, может отозваться ухудшением отношений.

А еще – на фоне усиления партии националистов в Швеции. И новой заварухи на Балканах – конфликта Сербии и Косово. И ссоры между Брюсселем и Будапештом; как предупреждает венгерский министр по делам ЕС: «Атака на Венгрию уничтожит Европу».

В общем, здравствуй, осеннее обострение.

Подготовил Николай Караев, советник Эстонского бюро евродепутата Яны Тоом.

На иллюстрации: скриншот сайта Politico.

Share