Предложение Каллас – самая удивительная реакция на выяснение отношений между Европой и «Газпромом»

Share

Предложение Каи Каллас потребовать у «Газпрома» компенсацию за ущерб, причиненный Эстонии нарушением правил конкуренции и завышенной ценой на газ, является самой удивительной реакцией на урегулирование закончившегося несколько дней назад антимонопольного разбирательства между российским газовым гигантом и Еврокомиссией.

Удивительна эта реакция потому, что само упомянутое разбирательство наложением на «Газпром» каких-либо штрафов или требованием компенсаций не увенчалось.

Вопрос о российском газе — это вопрос высокой дипломатии.  И важные стратегические решения здесь принимаются не на национальном, а на общеевропейском уровне. Старая советская труба, через территорию Латвии поставляющая нам природный газ, это совсем не то, что волнует сейчас Брюссель. На кону экономическое будущее всего ЕС.

Время начала разбирательства с «Газпромом» тоже имеет значение: 2015-й год, разгар украинского кризиса. Европе было необходимо обезопасить свои поставки через Украину, пока не был готов «Норд стрим-2», а также сохранить какой-то украинский транзит после введения в строй нового газопровода. Россия устами Путина недавно подтвердила сохранение транзита, канцлер ФРГ Меркель поддержала завершение строительства «Северного потока — 2», а Еврокомиссия заявила об урегулировании спора. Тем более, что стороны договорились о цене.

Иного и быть не могло: Европе нужен российский газ, «Газпром» готов его поставлять. Евросоюз не в первый раз заставляет российскую госкомпанию на ходу менять правила игры, но получаемая в Европе прибыль для нее слишком значительна, чтобы закрывать вентиль. Потребление российского газа в Европе сегодня не падает, а увеличивается. Мечта о том, что в Европу хлынет дешевый американский газ, нереалистична. Во-первых, он недешевый; во-вторых, американцы будут его поставлять в Азию — там цены пока гораздо выше. А американцы — прежде всего бизнесмены.

Было время, когда странам на территории бывшего СССР газ обходился  гораздо дешевле, чем прочим. Это очень раздражало Западную Европу. На фоне российско-украинской газовой войны «Газпром» стал переводить всех нас на новые «европейские» цены. ЕС пожелал, чтобы ценообразование зависело от цены на нефть, «Газпром» пошел на это. Затем цена на нефть сильно выросла, появился сжиженный газ, и при определении своей ценовой формулы «Газпром» был вынужден согласиться учитывать для некоторых западноевропейских клиентов так называемые рыночные цены (то есть спотовые цены на сжиженный газ).

Теперь это правило распространено на Восточную и Центральную Европу. Рассуждая цинично, мы все получили более выгодную цену на газ и новые правила поставок не потому, что старая формула была «неправильной», а потому, что она была нам невыгодна и мы смогли добиться ее пересмотра. Европейское антимонопольное законодательство оказалось чрезвычайно полезным, ведь всегда удобнее вести переговоры с человеком, у которого нога зажата дверью.

К слову, у восточных европейцев штрафовать «Газпром» и выбивать из него компенсации получается не очень. Например, Украина —  газ туда уже давно приходит только по предоплате, а миллиардные штрафы существуют лишь на бумаге. Или Литва — выписанный ею штраф тоже не спешат оплачивать. Литва героически борется с российским газом, ввязавшись в экономически спорный проект терминала Independence. Однако из-за разницы цен более половины рынка в Литве сегодня все равно контролирует «Газпром».

В настоящее время с «Газпромом» и «Северным потоком-2» борются также американцы, и делается это из соображений конкуренции  между ЕС и США. Без доступа к дешевым ресурсам сильную экономику не построишь. И в этом споре мои симпатии на стороне Берлина, а не Вашингтона.

…На прошлой неделе мы с Каей участвовали в передаче ЭТВ «Форум», где она среди прочего сказала, что Европа должна быть едина: если мы едины, то мы сильны, и только единство делает нас равными партнерами. По поводу равного партнерства Эстонии и, скажем, Германии или Франции можно поехидничать, но тезис про единство оспорить трудно. Так, может, не стоит это единство разрушать, тем более в ситуации, когда политическое решение по российскому газу на уровне ЕС уже принято и утверждено?

Яна Тоом, депутат Европарламента

Share