Обзор эстонской прессы: здесь русский пильк, здесь пильком пахнет!

Share

На этой неделе эстонские СМИ обсуждали выступление Греты Тунберг и очень маленькое повышение пенсий, но и о русских не забывали.

В газете Eesti Päevaleht LP, например, вновь (в четвертый раз с начала июля) появилась специальная рубрика «Vene pilk», «Русский взгляд», с замечательным объяснением: «Это рубрика, в которой русские и представители других национальностей описывают и оценивают жизнь так, как они ее видят». Да, представители других национальностей – это всё «русский взгляд». Видно, у нас что не эстонцы, то точно русские. На сей раз редактор Delfi Артур Гусейнов написал о гибели парома «Эстония». Русский «пильк» тут такой: «По горячим следам русские моряки говорили, будто команду «Эстонии» набирали по национальному признаку и брали только эстонцев, неопытных и некомпетентных, что в числе прочего и привело к катастрофе».

Эстонцы как прирожденные учителя

Очень волнительной оказалась тема изучения эстонского языка. Колумнист Кайре Уусен со страниц Eesti Päevaleht призывает: «Чего ты ждешь? Научи соседа языку!» Всё плохо, «повсюду звучит русский язык», «то что все якобы очень хотят учить эстонский, а курсов нет, отговорка», «нет благоговения перед эстонским государством и языком», а главное, эстонский нигде толком не нужен – так что надо действовать. Уусен предлагает семь методов:

1) развесить везде таблички с эстонскими фразами типа «Здравствуйте! Мне, пожалуйста, один кофе» и «Попробуй говорить по-эстонски» (в Департаменте полиции и погранохраны!);

2) «найти для каждого русскоязычного работника по эстоноязычному работнику, который месяц или два обучал бы первого эстонскому», потому что, чтоб вы знали, «если в коллектив приходит русский, весь коллектив часто начинает говорить по-русски»;

3) платить тем, кто учит эстонский, премии;

4) «каждому эстонцу – русского соседа или коллегу, которого эстонец учит эстонскому языку» (воистину, «эстонец» у нас становится профессией), при этом эстонцу рекомендуется улыбаться (!);

5) реклама и информация в публичных местах должны быть только эстонские;

6) авторитетные люди – «Яна Тоом или Михаил Кылварт» – пусть расскажут, как они учили эстонский;

7) и еще давайте создадим добровольное сообщество, обучающее эстонскому.

О том, что «всюду говорят по-русски», пишет видеограф Рауно Вахтре в Õhtuleht: в «Максиме» на Тартуском шоссе продавец не смог выдать автору пачку сигарет и объяснить, где лежит миндаль, ответив по-русски «не понимаю», а в кафе на вокзале Таллинн-Вяйке автору не удалось отобедать, потому что работник сказал: «Я не говорю по-эстонски». Вот автору везет!

Забавно, что в той же газете на неделе появились в кои-то веки русские слова. Речь о мнении Каарела Тялля «Привет, unustatud город» (так в оригинале; unustatud – забытый). Тялль ездил в Нарву четыре раза за последний год, скоро поедет снова, зовет с собой друзей и всячески хвалит тамошнее культурное пространство. Чуток «эстонского пилька»: «Я рос и ходил в школу в Таллинне, и во мне укрепилось знание о том, что в Нарву не ездят… Никто не говорил о жизни в Нарве и о нарвитянах. Иногда мелькали новости «АК»: положение в Нарве плохое, там распространяется ВИЧ, закрыли Кренгольм. Этим всё и ограничивалось. Теперь я в растерянности: как вышло, что третий по величине город Эстонии вырезали из общества?»

А уж нарвитяне в какой растерянности! Если не сказать хуже. Но, наверное, ответ кроется в первом же комментарии к мнению: комментатор привлекает к полурусскому заголовку внимание Языковой инспекции.

Болты и вольты: трагедия абсурда

Между тем редакция Õhtuleht по следам пламенного выступления министра культуры Тыниса Лукаса пытается понять, что делать с распространением английского, на котором только и общаются многие таксисты и разносчики еды, «болты и волты», как это теперь называется. И на портале ERR работники Института социальных наук Тартуского университета Дагмар Наруссон и Марко Уйбу публикуют статью об интеграции новых иммигрантов: вдобавок к языковым проблемам, пишут ученые, причина плохой интегрируемости приезжих – изолированность. А ведь если бы мы больше общались, это обогатило бы все стороны!

Ну да, человек – животное социальное, общественное, это еще Аристотель говорил. Но это если пильк социальный. А если националистический? Военный историк Арт Йохансон на ERR уверен, что «эстонский избиратель по сути своей в общих чертах националист, и ему не все равно, что пишут о нем в СМИ». Скажем, когда называют нацистом. Верно, не всегда ярлык «нацист» навешивается справедливо. Взять, пишет автор, Юргена Лиги – да, он высказывался резко, журналисту Калле Муули предложил «сжечь себя», но ведь не поджег же он Муули! Такие реплики много говорят о воспитании, однако не делают Лиги нацистом.

Тут мысль Йохансона делает характернейший поворот в сторону «если бы да кабы»: «Предположим, что, скажем, в 2009 году Яна Тоом выступила бы в российских СМИ, сказала бы, какие «фашисты» и «нацисты» есть в правящей партии Эстонии, привела бы высказывание Лиги. Конечно, об этом написали бы и СМИ на Западе. В таком случае деятельность Тоом, вероятно, выглядела бы почти госизменой, потому что она не только очернила бы конкретного политика – она еще и подтвердила бы мифы Кремля, которые целенаправленно использовались против малых народов последние 90 лет. Но разве сегодня ситуация иная?» Волшебная сила «бы»! Забавно только, что автору слабо предположить, что всё это сделал бы эстонец. Все-таки прав был Фрейд: наши фантазии выдают нас с головой.

Журналистка Postimees Кадри Куульпак уверена, что требовать от «болтов и вольтов» знание эстонского языка – в интересах них самих и их работодателей. С критиками Лукаса Куульпак согласна лишь в одном: «Куда большая проблема – русскоязычное население: двуязычная система образования и люди, которые потребляют новости из кремлевского ящика. Правозащитные организации ООН говорили, что наш Закон о языке ограничивает возможности людей равно вкладываться в общество. Ограничивают – но в том, что поддерживают двуязычное образование. Нечего удивляться, что меньше всех в Эстонии зарабатывают русскоязычные женщина».

То, что русские для эстонских националистов – «проблема», конечно, давно никакой не секрет. Но – спасибо за откровенность.

Неужели эстонские язык и культура такие великие?

А вот пример совсем другого взгляда. В том же Postimees физик Эльс Хейнсалу – замужем за итальянцем, четверо детей – пишет о том, что попытка заставить кого-то признать себя только эстонцем отвратительна. Оформляя ID-карты на ребенка, она столкнулась с тем, что чиновник потребовал определить, какой тот национальности. «Эстонец и итальянец», – сказала Эльс. – «Я спросил, какой о национальности, а не о гражданстве. Национальность одна!» И началась комедия абсурда: какой язык они знают лучше? Где жили? Где родились?.. «Ну, я запишу его эстонцем», – сказал чиновник. – «Мне кажется, он больше итальянец», – сказала Эльс. Но получился ребенок в итоге эстонцем.

«Не понимаю, чего мы, эстонцы, носимся с этой эстонскостью, – пишет Эльс Хейнсалу. – Что, одно исключает другое? Почему мои дети должны ощущать себя только эстонцами или только итальянцами? По какой такой важной причине им придется выбирать между эстонским и итальянским гражданством?.. Мы осуждаем зарубежных эстонцев, мол, те не могут воспитать детей эстонцами… Но точно так же мы должны осуждать и родителей других национальностей, которые, живя в Эстонии, не могут передать детям свою культуру и свой язык. Или мы считаем, что эстонские язык и культура настолько лучше других языков и культур, что каждый, в ком есть капля эстонской крови, должен выбрать именно эстонскость? Мы так хотим стать великими?»

Здраво. И, увы, верно. Именно так национализм и работает: либо ты с «нами», либо – против «нас».

Подготовил Николай Караев, советник Эстонского бюро евродепутата Яны Тоом

Share