Обзор эстонской прессы: глубины и трясины Республики

Share

На этой неделе эстонские СМИ обсуждали сольное выступление Мартина Хельме в Люксембурге и генпрокурора замужем за замдиректора КаПо, но и о русских не забывали.

Политбеженец Андрей Кузичкин в Postimees не забывает и о русских, и о себе: «Иногда мне стыдно быть русским». Отчего Кузичкину бывает стыдно по национальному признаку? Об этом мы традиционно для Кузичкина узнаём лишь из его уст.

Как вообще эстонцы терпят местных русских?

Раз ехал Кузичкин в автобусе, а там, ужас-ужас, отборно матерились два русских сорокалетних мужика. А рядом дети. Кузичкин, по его словам, прикрикнул на мужиков, а также не забыл доложить эстонским читателям о своем героизме, страшном стыде за «быть русским» и еще о том, что «быдло» очень даже имеет национальные черты: у «русских моральных уродов это немотивированная агрессия, жуткое сквернословие, полное наплевательство на окружающих людей, бесцеремонность и хамство». Вот и московские друзья раз спросили Кузичкина: «Как вообще эстонцы терпят местных русских?» А переходите уже в эстонцы! Там-то вам ни за что и никогда не будет стыдно. Зачем так мучиться?

По соседству за русских неожиданно вступается глава отдела зарубежных новостей газеты Эвелин Кальдоя: «Неужели нигериец равнее русского?» Как-то автор три раза за день ездила на такси; два водителя – чернокожий и итальянец – говорили только по-английски, а третий, русский, но не наш, на государственном. «В Эстонии в сфере обслуживания все должно быть на эстонском, – считает журналистка. – Это вопрос ощущения безопасности, единства общества и равного обращения с русскими, выучившими эстонский».

В мнении реформистки Кейт Пентус-Роозиманнус «Эстонское государство не должно ставить правопреемных граждан перед ненужным выбором» (тоже Postimees) русские не упомянуты; речь – о новой попытке дискриминации. Партия реформ хочет отменить запрет на двойное гражданство, но только для правопреемных граждан и только если второе гражданство – это ЕС, США, Канада, Австралия, Новая Зеландия, Бразилия, Лихтенштейн и Норвегия. Ведь «человечное и дружелюбное государство делает все, чтобы сохранить своих граждан» – но, понятно, правильных. Реформистский национализм на марше: «Мы могли бы постараться по примеру евреев вложить в наш национализм экономическое содержание – становиться богаче вместе». Опять же, относится это не ко всем. Такая вот «человечность».

Национализм вообще живее всех живых. Вот колумнист Иван Макаров в той же газете обличает «международный интернационал левых радикалов»: «Влажный сон России – исчезновение эстонского государства, а левые радикалы требуют, чтобы исчезло эстонское национальное государство, что в итоге то же самое». Нехорошие люди, нападающие на местный национализм, перечисляются, как в сталинские и маккартистские времена, поименно: преподающие в ТЛУ немец Флориан Хартлеб, итальянец Даниэле Монтичелли и полька Эмилия Павлуш.

Генпрокурор, ее муж и глубинное государство

У генпрокурора Лавли Перлинг проблемы: осенью пятилетний срок ее полномочий подходит к концу, и партия EKRE против того, чтобы их продлевать, по ряду интересных причин. Например, сообщает редакция Õhtuleht, «брак Лавли Перлинг с замдиректора КаПо мешает не только EKRE, это главный аргумент против нее в письмах, которые вроде бы распространяют анонимные адвокаты». Postimees возражает: «Отвечающие за госбезопасность департаменты в 2014 году решили, что брак Перлинг не ставит под вопрос ее независимость». Эта газета, между прочим, извещает нас, что проблема Перлинг – первый серьезный вызов коалиции. А с Ида-Виру все в порядке?

«Зеленый» Якко Вяли в Õhtuleht нападает на Лавли Перлинг с другого фланга: «Когда крупнейший в истории скандал с отмыванием денег в Danske Bank достиг апогея, прокуратура отказалась возбудить дело. А вот когда выяснилось, что винтик из Центристской партии опубликовал письма Ханнеса Румма, офис оппозиционной (на тот момент – Н.К.) партии обыскали, чтобы сразу раскрыть особо опасное преступление…» Вяли приводит другие примеры того, как, по его мнению, пристрастно работает при Перлинг прокуратура: «Хотим ли мы, чтобы эта генпрокурор подрывала нашу правовую систему и дальше?»

Журналист Тоомас Сильдам на ERR, напротив, пишет о «приватизации прокуратуры», цитируя главреда Eesti Ekspress Эрика Моора, который адресовался к Марту Хельме: мол, если хотите продать теле– и радиоканалы ERR, продавайте тогда и прокуратуру. «Март и Мартин Хельме… и не скрывали, что хотят подпилить прокуратуре зубы… В чем именно руководство EKRE упрекает генпрокурора? В непрофессионализме? В необъективности?» У EKRE есть личные причины не доверять Перлинг: она сделала все, чтобы министр от этой партии Марти Куузик ушел в отставку. Правда, «Перлинг давала КаПо, в котором ее муж – начальник, разрешение использовать материалы прослушки как доказательство в уголовных делах». Аргумент прокуратуры: в год возбуждается около 30 тысяч дел, а разрешение дано «менее чем в десяти случаях». Теперь, продолжает Сильдам, премьер должен выбрать: настоять на своем (Юри Ратас поддерживал Перлинг) или согласиться с теорией EKRE о глубинном государстве. Последнее означает приватизацию юстиции.

Eesti Päevaleht дает рекламное объявление: «Требуется опытный и известный юрист, чье назначение генпрокурором не встретит в штыки EKRE… В принципе Март Хельме прав: Перлинг незаменимой не является, если ее сменить, луна на землю не упадет. Увы, утверждение Хельме, что EKRE есть кого предложить на разные должности, – это фантастика. Только не на должности, где главное – объективность, независимость и профессионализм. Дележка министерских портфелей показала: скамейка запасных EKRE очень коротка». То, что генпрокурор замужем за замдиректора КаПо, – ситуация неидеальная, но «ввиду малости Эстонии такого не всегда можно избежать; например, среди верхов EKRE – три члена одной и той же семьи». Но это, видимо, совсем другое дело.

Российская тирания пьет который год

Писатель Урмас Вади на ERR сообщает о скорой победе «трясинного государства» (tümariik по аналогии с глубинным – süvariik). «Идея в том, что мы избавимся от всего несущественного, лишнего, непонятного и бесполезного, потому что разбазаривания трясинное государство не терпит». Некоторые принципы такого государства:

– никто бесполезно не путешествует, говорят все только со своими и на своем языке. Так мы избежим больших ссор и непонимания;

– флаг у нас один, двух слишком много, от них кружится голова. Если на флаге много точечек или звездочек, он может вызвать метеоризм, расстройства восприятия, галлюцинации;

– заодно сократим фразу Густава Суйтса «Будем эстонцами, но станем и европейцами». Мы отцепим себя от Европы, и стихов нам не надо, достаточно, чтобы министр трясинного государства пел в «Теревизиоон»;

– должность генпрокурора сократим, суды отменим, если что, один из министров трясинного государства скажет, что делать, кто виновен, кого оправдать;

– единственное, что должно остаться целиком и полностью, – пиво. С ним можно пойти на певческий праздник, чего там стоять с сухим ртом.

Насчет флага – это к решению парламента убрать из Белого зала флаг ЕС и оставить только триколор. На ERR Тоомас Сильдам ставит в один ряд с этим скандалом другой – т.н. соло Мартина Хельме в Люксембурге. Осенью ЕС примет решение по Европейскому стабилизационному механизму: предлагается изменить основополагающие договоры так, чтобы в исключительных случаях (финансовая помощь странам ЕС в кризисе) решения принимались не консенсусно, а 85% голосов. Иначе говоря, Эстония потеряет право вето. Министр финансов Мартин Хельме выступил против этого в Люксембурге, и никто из коллег его не поддержал, а Ратас еще и осадил: это было сольное выступление, а не мнение правительства. «Раньше на таких обсуждениях в ЕС Эстония никогда не оставалась в одиночестве, – говорит Сильдам. – Теперь нашим партнерам ясно: смена правительства и смещение внутриполитических векторов изменили политику ЭР в отношении Европы».

Оппозиция кует железо не отходя от кассы: «Когда Хельме губит имидж Эстонии в Европе, стопарь опрокидывают в Москве», – уверяет реформист Кристен Михал на Delfi, предрекая, что если Ратас не надавит на министра финансов, через несколько лет на доме Стенбока появится табличка: «Здесь работал Юри Ратас, он был премьер-министром в кабинетах семьи Хельме».

Реформист Урмас Сутроп там же спрашивает, скоро ли будет факельное шествие молодежной бригады коалиции и сожжение выброшенных из парламента флагов. Жаль, Сутроп никогда не рассуждает о свободе и тирании так живо, когда дело касается русского меньшинства. И виноват у Сутропа вовсе не национализм, который «белки» годами культивировали (и докультивировались), а вновь Россия: коалиция, исполняя договор с «Единой Россией», создает закрытое общество, «чтобы мы не были частью свободного мира, чтобы нами вновь правила российская тирания».

Тот же ход мысли и у писателя Олева Ремсу в Eesti Päevaleht: «Предвижу: дальше они станут оправдывать завоевания Путина… Атака на символы (вынос флага – Н.К.) для души горше всего… Для меня это как решение 22 июля 1940 года, когда госсобрание единодушно попросило принять Эстонию в СССР».

Что бы ни происходило, у нас, как пел домком в фильме «Собачье сердце», «на все вопросы один, один ответ – и никакого другого нет».

Подготовил Николай Караев, советник Эстонского бюро евродепутата Яны Тоом

Share